Здесь хватит места всем

Это не про нас

Дети с аутизмом, синдромом Дауна, шизофренией и умственной отсталостью. Об этих отклонениях мы знаем, но для нас они кажутся такими далекими. О чем-то слышали в телевизионных передачах, видели в своей ленте Инстаграма, когда известный актер публиковал пост с просьбой о помощи. Но все равно – это же не про нас. Около детей с особенностями полно стереотипов, которые смогли захватить и меня. Они странные, с ними невозможно общаться, а их что, можно чему-то научить?

Ищем хореографа

Когда-то я публиковала посты в одной группе, и мне пришел запрос с вакансией хореографа в «Школу Волшебства». Танцами я увлекаюсь с пяти лет, занятость – пару часов в неделю, да и находится «Школа» недалеко от общежития – это был отличный для меня вариант. Я перешла на сайт и поняла, что работать нужно будет с детьми с синдромом Дауна. Помню тот момент, когда в голове были только предрассудки об этих детях, и я не знала, что делать: писать на почту в «Школу» или нет. Через несколько секунд появилась мысль – может, стоит пойти туда ради себя и попробовать поработать с особенными детьми. Просто для того, чтобы сформировать свое отношение не на основе глупых мыслей незнающих людей, а на основе собственных ощущений.

Нашли

И вот я уже выхожу на Курской с большой сумкой, в которой лежит танцевальная одежда, поднимаюсь на четвертый этаж и открываю дверь, около которой висит табличка «Школа Волшебства». Я пришла немного пораньше, чтобы уж точно не опоздать. А то делать это в свой первый рабочий день как-то уж совсем нехорошо.

В этом небольшом кабинете будто уместились все игрушки и канцелярские принадлежности огромного детского садика.  А посередине стоял небольшой круглый стол, за которым сидела девочка и рисовала. Я переоделась и подошла к ней.

Заговорила, но ответов ее понять не смогла и, чтобы преодолеть смущение, стала лепить с ней фигурки. Потом меня пригласили в зал на первую тренировку, после которой я решила, что никогда в жизни не справлюсь с детьми. Они не делали то, что я им говорила, убегали и кричали. Наверное, так делают и обычные дети в таком возрасте, но здесь были особенные, и я терялась. Кстати! О возрасте – сейчас я занимаюсь с девочками от 11 до 16 лет (это старшие). Как вы поняли, после первого занятия я не ушла из «Школы», а продолжила работать с юными «солнечными» спортсменками. Тогда, в один из самых сложных моментов, когда я вышла из хореографического зала после первой тренировки, с полной уверенностью, что у меня ничего не получится, меня встретила Ольга Валерьевна – основательница «Школы Волшебства» и мама той самой девочки, с которой я встретилась в кабинете. Сейчас она для меня не просто «девочка», а Стася, Настена, трудолюбивый человечек, который каждый день выжимает из себя максимум. Сразу после тренировки Ольга Валерьевна рассказала мне о школе, мы составили расписание и после этого стало как-то легче. Со дня моего первого появления в «Школе Волшебства» прошло практически полгода, и каждый раз поднимаюсь на тот самый четвертый этаж с приятным ощущением внутри. От того, что меня там ждут, надеюсь, любят, и главное – я им очень нужна. Сейчас для меня самое важное – ощущать, что кто-то в тебе действительно нуждается, а то, что ты делаешь – это не бесполезно.

Необходимая реальность

Сама идея создания такой школы мне кажется очень прогрессивной, правильная характеристика для нее – необходимая реальность. В какой-то момент Ольга поняла, что наша страна не изменится в один миг, поэтому она решила действовать самостоятельно. Арендовала помещение и начала заниматься художественной гимнастикой вместе со своей дочерью и ее подругой. Постепенно «Школа» развивалась. Увеличивалось количество детей и видов спорта, которыми они занимались.  Сейчас у ребят сформировалась настоящая семья, с которой они танцуют, рисуют, пьют чай и проходят эстафеты. Им вместе очень здорово, они друг друга понимают и по-особенному чувствуют. Но они не абстрагированы от внешнего мира. К ним приходят обычные ребята (чаще всего это дети «друзей» Школы), для того, чтобы поиграть вместе с «солнечными» детьми. Никаких проблем в их коммуникации не возникает, а это еще раз доказывает, что особенные дети могут жить среди обычных людей, главное – это желание принимать их.

Многое зависит и от государства, и от общества. Государственные структуры должны через простые и понятные каждому просветительские программы объяснять людям особенности развития таких детей, а обществу нужно научиться адекватно воспринимать и принимать эту информацию. Очевидно, что сейчас мы еще не достигли того уровня реализации этих задач, поэтому нельзя считать нашу страну полностью готовой к адаптации особенных детей. Школы, в которых говорят, что ребенок необучаем, больницы, в которых не могут поставить правильный диагноз – с этим родители детей сталкиваются слишком часто.

Я искренне удивилась, когда узнала, что такая «Школа Волшебства», где ребенок может заниматься разными видами спорта, рисованием, хореографией, логоритмикой,, только одна в Москве. Создается впечатление, что нет людей, заинтересованных в создании таких учреждений. Но нет! Когда знакомые родителей с похожими проблемами узнают о результатах, которых достигли «солнечные» ребята в «Школе Волшебства», то сразу пытаются пойти по тому же пути. Но здесь уже возникают другие проблемы – это наличие системности и дисциплины. Я сама вижу, каких результатов добиваются девочки, которые занимаются по три-пять раз в неделю.

Иногда я и сама выпадаю из графика и пропускаю тренировки или переношу их. Эти моменты самые неловкие для меня. Будто я очень сильно виновата перед девочками, поэтому на те занятие, которые перенесла, стараюсь придумать что-то новое, интересное.

В первый месяц я провела пробную тренировку, чтобы посмотреть, на что способны дети, и дала достаточно сложные упражнения для ребят, которые не занимались никогда классической хореографией. Девочки справились. Да, у них была база от художественной гимнастики, но многое они сделали, преодолев сложности желанием и упорством. Через месяц я окончательно влилась в процесс и поняла, что зря переживала и боялась, что не справлюсь. Но главное, что случилось со мной за это время – я полностью забыла, что они – не такие, как все.  Ты просто об этом не думаешь, тренируешь каждый день, ищешь новые элементы, ставишь номера. И какое же это наслаждение — увидеть, что могут мои девочки. Они могут выступать на чемпионатах, садиться на шпагат и при этом крутить ленту вокруг себя, они могут тянуть носок и разворачивать стопы, они отлично держатся на сцене, искренне улыбаются и радуются, когда им аплодируют.

Работа в 18 лет? С детьми?

Я и подумать не могла, что в 18 лет стану преподавать хореографию, но самое главное – привяжусь к детям настолько сильно, что буду думать о них летом, когда у всех каникулы, или на выходных.

Всегда считала, что истории про девочек, которые сначала обожают играть в «дочки-матери», а потом не отходят от маленького ребенка, потому что очень хотят с ним поиграть – не про меня. У меня не было родных братьев и сестер, к детям знакомых относилась крайне спокойно. Но тут было все как-то по-другому…

Ты иногда повышаешь голос, чтобы дети сконцентрировались на упражнении, порой думаешь, что сегодня тренировка точно не получится, потому что девочки очень устали и больше не могут заниматься. Но потом, когда ты включаешь музыку, они тут же вскакивают с пола и начинают танцевать, смотрят на себя в зеркало и улыбаются, выполняют элементы, которые ты им показываешь.

А потом секретные «5 минут», которые бывают в конце каждой тренировки на современной хореографии, когда ты поворачиваешь колёсико громкости на максимум и говоришь девчонкам: «Танцуем»! И каждая из них начинает двигаться так, как хочет, без выученных движений и комбинаций. Просто. Как чувствует. Некоторое время ты смотришь, а потом встаешь и начинаешь делать странные движения вместе с ними.

Песня закончилась. «Все свободны, спасибо за тренировку». И тут кто-то из девчонок подходит сзади и обнимает так крепко, как будто это твой самый родной человечек, потом подходят другие и получают свою порцию «обнимашек».

Мои девочки

Сейчас я точно могу сказать, что это мои «солнечные» спортсменки, которые смогут многого добиться, конечно, благодаря своим родителям и преподавателям в «Школе». Совсем скоро они поедут на чемпионат по художественной гимнастике в Турцию. К этому времени они уже поучаствовали во многих московских фестивалях, танцевали на Манежной. И кто после этого может сказать, что эти дети необучаемы и у них ничего не получится? Может, им не нужно общаться с «обычными» детьми?!

Люди, очнитесь. Нам давно пора изменить свое отношение к таким деткам и задать себе вопрос – а может, они особенные вовсе не из-за своих заболеваний, а из-за умения по-другому воспринимать мир? Они по-особенному достигают целей, сопереживают другим, двигаются и чувствуют каждый поворот своего тела. Выходит, что все люди в той или иной степени особенные. Я поняла это, только когда полностью погрузилась в жизнь таких детей, а теперь считаю необходимостью рассказать всем, что такие дети имеют право на счастливую жизнь и признание обществом. Общение с ними – это радость, которую при желании могут разделить все: и дети обычных школ, и их родители, и учителя, и все общество.

Автор материала: Валерия Зырянская